Контракты.ua

1806  —  15.12.20
Как зима стала весной, а потом наоборот, или Цена неудачи
Как зима стала весной, а потом наоборот, или Цена неудачи

Десять лет назад в эти дни началась знаменитая «арабская весна». Так бывает, что весна начинается в декабре. Последовавшие события сначала внушили большие ожидания, которые сменились глубоким разочарованием. Очевидно одно: это один из самых незаурядных эпизодов современной истории, отголоски которого еще долго будут разноситься по планете.

Напомню, 17 декабря 2010 года тунисский торговец фруктами Мохаммед Буазизи поджег себя в знак протеста против произвола местных властей. Он скончался от полученных ожогов 4 января, а еще через десять дней правитель Туниса Бен Али бежал из страны под давлением яростных массовых протестов. Вслед за Тунисом трясти стало и другие арабские страны, некоторые трясет до сих пор.

Чтобы понять масштабы произошедшего, достаточно сказать, что в результате «арабской весны» в Ливии пал Муамар Каддафи и началась гражданская война, которая идет до сих пор. Развернулась война в Сирии, которая привела к волне беженцев, захлестнувшей Европу, появлению ИГИЛ и российской интервенции. В Египте потерял власть Хосни Мубарак, а затем и «братья-мусульмане», победившие на свободных выборах, но разгромленные после военного переворота Ас-Сиси. Ряд режимов пошел на реформы, чтобы снять социальное напряжение. Но вот как-то вышло, что об ощутимом успехе той волны народных восстаний можно говорить лишь в случае с Тунисом, в худших же случаях все обернулось катастрофой.

Ноа Фельдман, американский специалист по исламу, как раз к десятилетию тех событий опубликовал книгу с говорящим названием «Арабская зима. Трагедия».

Важным обстоятельством, на которое указывает Фельдман, было отсутствие демократии в требованиях протестующих. В первую и в последнюю очередь восставшие народы объединял лозунг социальной справедливости, и в разных обстоятельствах его пытались реализовывать по-разному.

Что интересно, американский автор обращает внимание на революционно-реформистский характер «Исламского государства», укладывающийся в общую логику «арабской весны». Принято фокусироваться на запредельно бесчеловечных проявлениях этого движения и квазигосударства, но в его основе лежало стремление участников к тотальному преобразованию общества на принципах ранней мусульманской общины, не искаженной последующими отступлениями от Бога и его предписаний. Ради построения этой утопии, причем во всемирном масштабе, сторонники ИГИЛ легко шли на самые зверские поступки: классическая идея разрушения «до основанья, а затем…» И чем громче охает перепуганное человечество, тем вернее для джихадистов, что преобразовательный процесс идет в верном направлении, вдохновляя идущих под черным знаменем. Вот уж кто был истинными революционерами, которых оказалось совсем непросто остановить: на пике своего наступления на Багдад игиловцы были в 60 километрах от иракской столицы. Шансов у них, конечно, не было, но доказательство этого потребовало огромных ресурсов и жертв.

Не смогли воспользоваться своими шансами народы большинства стран, охваченных тем «весенним» подъемом. Где-то, как в Сирии, показалось, что справедливость – это когда сунниты прогонят с доминирующих политических позиций шиитов. Где-то, как в Египте, большинство отдало демократическим путем власть «братьям-мусульманам», а потом быстро пожалело об этом, предпочтя прежние, авторитарные механизмы урегулирования общественных противоречий. В Ливии всеобщее противостояние вылилось в межплеменную войну.

Единственный же очевидный успех «арабской весны» стал возможен благодаря уникальному стечению обстоятельств, которое все-таки позволило объединить ислам и демократию. Демократия в Тунисе стала не самоцелью, а механизмом достижения общественного консенсуса. Как пишет Фельдман, граждане страны и представители основных политических групп, включая ведущую исламскую партию, проявили не только политическую волю и желание ее манифестировать, но и политическую ответственность, которая вынуждала идти на компромиссы и подавлять собственную непримиримость, чтобы не сорвался процесс справедливого обустройства общей жизни. Цена неудачи была неприемлемой для всех. Так, оказывается, бывает.

Самое время выпить за весну.

Налил и немедленно выпил – Леонид Швец

Статьи по теме
Раздавленные, или «Дисциплинированная демократия»
Раздавленные, или «Дисциплинированная демократия»

Возобновить большую протестную активность в Беларуси с началом весны не получилось. Субботняя акция в Минске, которая должна была открыть сезон, была задавлена быстро и решительно, на дальних подступах. Пару сотен человек задержали. Уже к двум часам дня наверх доложили, что в столице «не зафиксировано ни одного несанкционированного мероприятия». А в отношении лидера оппозиции Светланы Тихановской возбуждено дело «за подготовку к теракту».
30.03 — 1449

Леха бьет наотмашь, или Киев не впечатлен
Леха бьет наотмашь, или Киев не впечатлен

Субботние протесты, которые прошли по всей России, произвели необычное впечатление.
25.01 — 3492

Незавидная Америка, или Эпоха большой нелюбви
Незавидная Америка, или Эпоха большой нелюбви

Порой удивляешься, какие бывают в жизни совпадения. Оказывается, Уильям Барр, нынешний генеральный прокурор США, возглавлял этот же офис и в 1992 году, когда беспорядки в Лос-Анджелесе на расовой почве поставили этот город на уши. А теперь Барру приходится иметь дело с той же бедой, только уже в масштабах почти всей страны.
01.06.20 — 4037