общество, Закарпатье, ромы
Табор с позолотой: как живут богатые ромы на Закарпатье
В Подвиноградове, в 12 километрах от границы с Румынией, разросся табор, получивший славу самого богатого ромского поселения Закарпатья. Первые его обитатели пускали здесь корни более 100 лет назад в необустроенных хижинах. Но за последние 20 лет некоторым семьям удалось построить дворцы и обзавестись атрибутами зажиточной жизни. Как живут в Подвиноградове, кто запрещает ромам смотреть телевизор, почему девочкам нельзя выбирать жениха, как решают конфликты внутри табора, и есть ли на Закарпатье настоящие бароны? Попасть в Подвиноградов "официально" репортеры "Украинской правды" пытались в начале августа 2018-го. Тогда старейшины поселка отказали в просьбе. Объяснили это днями массового крещения жителей табора в баптистской церкви, во время которого посторонних на ромскую территорию не пускают. Оказаться в поселке удалось со второй попытки, спустя несколько месяцев. Кованые ворота с позолотой, башни, арочные окна, мраморные колонны и лестницы – эту пафосную часть Подвиноградова часто сравнивают с киевской Конча-Заспой или подмосковной Рублевкой. Здесь разговаривают на смеси украинского, русского и венгерского языков. Во дворах можно увидеть припаркованные Mercedes E-класса, Land Cruiser, BMW X5 и Mazda CX7, что ломает расхожие стереотипы о ромах как о представителях социальных низов. На Закарпатье вам могут рассказать: прежняя традиция "баронства" постепенно исчезает. Проблемы в таборах стараются решать коллегиально. Хотя в некоторых закарпатских селах уважаемые среди ромов семьи ведут негласное соперничество за свое влияние. Журналисты "Украинской правды" стали невольными заложниками подобной ситуации. После того, как мы отработали в доме принимающей стороны и сели в авто, выезд из табора с двух сторон заблокировали Land Cruiser и микроавтобус. Уехать без потерь удалось только после вмешательства в конфликт семьи, согласившейся общаться с нами. В селе Подвиноградов Закарпатской области - около четырех с половиной тысяч жителей. Почти 50% из них – ромы, компактно проживающие в той части поселка, которую называют "табором". В фасадной части табора, которую сложно не заметить с трассы, – большие пестрые дома, похожие на дворцы. Без предварительной договоренности и "благословения" старейшин здесь лучше не показываться. Новости о появлении незнакомцев расходятся по поселку мгновенно. Снимать на камеру разрешают не все и не везде.Один из обитателей зажиточного дома в Подвиноградове – 59-летний Юрий Фаркош. У него 10 детей, 44 внука и 14 правнуков. Вместе со всеми родственниками его ромская семья разрослась до ста человек. Все живут в одном поселке. Тут, вопреки расхожему мнению, не принята кочевая романтика. Фаркош в таборе – персона уважаемая. С удостоверением депутата сельской рады. Он скромно предпочитает не называть себя "бароном".– У меня брат есть, которому 67 лет. Вот он был бароном! Но сейчас, как и я, покаялся и крестился. Сейчас он – не барон, – улыбается Фаркош. Василь, один из сыновей Юрия Фаркоша, говорит, что в подвиноградовском таборе есть пять-шесть старост, в том числе его отец. – Проблемы решают они, – рассказывает Василь. – Есть какие-то бытовые, внутренние вопросы или нужно рассудить чей-то спор – все у нас через самых почетных людей идет. Когда нужно, старосты могут обратиться и в милицию. Если кто-то подерется, старосты стараются помирить. Собирают народ и судят, решают, кто виноват. Кто не прав – пусть просит прощения. Если человек не поймет, то его могут и ударить. Но у нас в таборе такие проблемы бывают редко. Разговоры о роскошных домах в Подвиноградове воспринимают настороженно. – Знаете, чужаков мы сейчас сюда 100% не пускаем, – признается Юрий Фаркош, – потому что приедут, поснимают на камеры или телефон, а потом пишут всякое. Думаю, украинцы как бы завидуют тому, что у ромов в Подвиноградове такие богатые дома. Они все время спрашивают: "Откуда у них такие деньги?". На этот деликатный вопрос в семье Фаркоша отвечают так: заработали своими руками. В качестве доказательства показывают фото и видео на смартфонах. – Мы ездим на заработки в Москву. Делаем крыши, сайдинг. Есть специалисты по дереву, жестянщики. Работаем в частных домах. Вот тут, смотри, я у бетономешалки, а мои люди фундамент заливают. В Москве можно лучше заработать, чем в Украине. Раньше мы продавали жестяные желоба и стоки в Донецк, Луганск. Оцинкованные, крашеные – делали своими руками. Там они были популярны, пока война не пришла. По словам Василя, ромы Подвиноградова уезжают на работу в Москву на три месяца. В общей сложности там проводят шесть месяцев в году. За один месяц получают 900-1000 долларов чистыми на человека. Так как в подряде участвует сразу несколько членов семьи, заработать можно прилично. – Свои дома строим в течение нескольких лет. Вот этот дом, где мы находимся, строился потихоньку, пять-шесть лет, – объясняют Фаркоши. В последние годы все больше "полномочий" в решении актуальных вопросов в таборе перебирает на себя церковь и местные пресвитеры. У них здесь – непререкаемый авторитет. Традиционное влияние ромских старейшин на решение житейских проблем в таборе сужается из-за растущего могущества церкви. Первые общины евангельских христиан-баптистов в Подвиноградове и соседнем Королёво появились еще в конце 70-ых – начале 80-ых прошлого века. Сейчас в Подвиноградове, по словам Юрия Фаркоша, верующих – подавляющее большинство: до 95%. Обращение в веру кардинально меняет жизнь ромов. Для посторонних здешние запреты выглядят странно. К примеру, по словам воцерковленных ромов, им запрещено смотреть телевизор. Здесь также не отмечают большинство привычных для украинцев праздников – как государственных, так и религиозных. Где срабатывает реальное табу священника, а где выдуманные местными суеверия, разобраться сложно. Верующие Подвиноградова не пьют и не курят. Стараются, по их словам, соблюдать все библейские заповеди. Юрий Фаркош хоть и избран сельским депутатом до 2020 года, сейчас фактически забросил политику. Это произошло после его прихода в баптистский "Молитвенный дом". Фаркош говорит, что поменял депутатство на веру, потому что "захотел вечно жить с богом". – Я уже не хожу на сессию сельской рады, хоть меня и выбрали на пять лет, – делится он. – Я крестился 17 августа 2018 года. Верующий не должен быть депутатом. Разочаровался в депутатстве Юрий Фаркош и по другим причинам. Из 4,5 тысяч жителей Подвиноградова он – единственный, кто захотел представлять интересы 2 тысяч ромов в местной администрации и принял участие в выборах. Но в итоге столкнулся с сопротивлением в решении ромских проблем. – Ходил на все сессии, выступал. Но меня не слушали. Я один был [представителем ромов] там. А остальные 20 человек не слушали. Как я мог их победить? Они даже лампочки не давали нам для уличных фонарей, – жалуется Фаркош. Его сын Артем Лано отмечает, что ромы нормально контактируют с председателем сельсовета, но с депутатами взаимопонимания пока не нашли. – Наши обращения не принимают – вообще ноль! Например, у нас делали в селе асфальт. По всему Подвиноградову, но не в таборе. Потому что мы – ромы. Нам сказали: "Собирайте для начала деньги сами. А с остальным сельрада поможет". В итоге пришлось на свои средства класть асфальт. Плюс нам помогли немцы, какой-то благотворительный фонд. Они нам церковь построили и школу при ней, – делится Артем. Особая гордость жителей подвиноградовского табора – местные девочки и женщины, которые носят роскошные платья. Тут утверждают: таких нарядов, кроме Подвиноградова и соседнего Королево, не встретишь больше ни в одном ромском таборе Украины. Обычно пестрые платья надевают, когда в дом приходят гости или по другому торжественному поводу. Вышивают бисером два местных "дизайнера"-самоучки. – Мы покупаем готовые юбки в Черновцах по 3-4 тысячи гривен, – рассказывает Артем Лано. – Потом наводит красоту дизайнер. За свою работу берет 800 гривен. Вышивать красивые платья – эта традиция у нас с того самого времени, когда табор тут появился. Другая традиция, связанная с женским полом, для обычного украинца выглядит немного странно. Ромы женятся и выходят замуж в раннем возрасте, и уже к 20 годам у молодых родителей есть по два-три ребенка. – Девку отдаем замуж в 12, 13, 14 лет, – рассказывает Юрий Фаркош. – Как вам это объяснить? Не знаю. Так у нас заведено. Девочки не выбирают себе мужа. У нас такого нет, как у вас. Решают папа и мама. Собираются с родителями хлопца, и решают. Бывает, что наш ром женится на украинке, но это – редкость. Свадьбы у ромов почти во всем похожи на украинские. Но есть серьезное отличие – в верующих семьях они проходят без алкоголя. Табор в Подвиноградове – это не только богатые дома. На его окраине можно увидеть типичные ромские "фавелы". Маленькие хибары и толпы чумазых детей – другая сторона жизни в Подвиноградове. Помогают местной бедноте старейшины и их благополучные семьи. – Бедные ромы власти не нужны, – говорит Артем Лано. – Мы сами стараемся помочь им, чем можем. Зимой, например, закупаем дрова. Покупаем еду – картошку, макароны. На Рождество раздаем детям подарки. На вопрос, к чему стремятся ромы, в семье Фаркошей отвечают: к цивилизации. – Нам нужно, чтобы культура была, чтобы наши люди знали, куда обращаться с проблемами. Чтобы дети учились. Чтобы жили по законам Библии, – поясняет Юрий Фаркош. Главную ромскую мечту его сын Артем формирует более прагматично и конкретно. – Мечта у ромов такая: получить высшее образование, работать где-нибудь в администрации, быть депутатом, представителем власти. Зачем? Не ради денег. Чтобы хоть как-то защитить свой народ, – объясняет он. Говоря о прошлом, настоящем и будущем, жители табора в Подвиноградове со святой простотой не скрывают своей тоски по временам беглого президента Виктора Януковича. – Всем людям тогда легче жилось. Москва у нас тогда была больше открыта. Не очень нас, украинцев, сейчас уважают в Москве. Особенно – с Западной Украины. "Бандеровцами" называют, – жалуется Юрий Фаркош. Он озаряет свой дворец блистательной золотой улыбкой и напоследок задает простодушный вопрос: – Понятно, что Януковича к нам уже не пустят. Может, он там будет править – на Донбассе?
