Теория нашествия, или Никаких переговоров с зомби
Казалось, после напряженного ожидания танкового броска на Киев, после кровавого Иловайского котла и расстрела пассажирского автобус под Волновахой страну ничем больше не задеть – все страшное пережито, показатели боли достигли максимума. Дальше только притупление чувств. Но мариупольская трагедия вынесла переживания на новый уровень. Развеялись последние сомнения, что мы имеем дело с откровенным, беспримесным злом. Его не замести под коврик и не отгородиться стеной.
Мариуполь стал новым пинком под зад и замершему было Западу. Наблюдение за разваливающейся экономикой России настолько его успокоило и даже заворожило свидетельством собственной силы, что дальнейшее рассмотрение санкционной политики было отложено на бесконечно далекий март. Ни наглые караваны «военторга», ни Волноваха этого решения не поколебали. А вот после Мариуполя ответственных лиц заметно передернуло от осознания, с какой неуемной мразью приходится иметь дело в лице кремлевского руководства.
Еще речи оформляются в округлые дипломатические формулы: «Я открыто призываю Россию использовать свое значительное влияние на сепаратистских лидеров и прекратить их военную, политическую или финансовую поддержку», - говорит, например, в своем заявлении Фредерика Могерини, верховный представитель Европейского союза по иностранным делам и политике. Еще идет разговор о каких-то сепаратистах, якобы свободных в своих действиях, а Россия будто лишь услужливо поддерживает их под локоток. Непросто начать называть вещи своими именами, четко обозначить главного субъекта, ответственного за кровь, и взять его за кадык. «Само» - слишком долго и непредсказуемо по последствиям. Лживый Путин учит Запад быть честнее, откровеннее и жестче.
Учатся, другого выхода нет.
Есть в университете Оттавы удивительный профессор математики по фамилии Смит?. Именно так – Смит с вопросительным знаком. Когда-то давно Роберт Смит захотел, чтобы его отличали от лидера группы The Cure, и добавил знак вопроса к своей фамилии, чтобы хоть таким образом получить возможность быть найденным через интернет-поисковики. Правда, это привело к другой крайности: теперь его по сто раз на день спрашивают, правда ли, что он Смит? ? Скромный, кстати человек, мог ведь и восклицательный знак прибавить.
Так вот, Смит? в рамках исследования о том, как распространяются вирусы инфекционных заболеваний, выстроил математическую модель нашествия зомби. Зомби представляет образец инфицированного, который не умирает и не выздоравливает, а других заражает. Смит? с коллегами не стали усложнять эксперимент, и задали модели классические свойства зомби: они глупые и медленные. Так вот, как выяснила наука, глупые и медленные зомби полностью захватывают полумиллионный город за три дня. А если бы они были коварны и быстры?
При таком раскладе шансов у человечества нет, оно будет искусано и зомбировано. Никакие меры по изоляции отдельны особей не помогут. Выход, говорит Роберт Смит?, только один: при обнаружении зомбаков уничтожать их быстро и агрессивно, без колебаний, не давая ни малейшего шанса. Или они нас, или мы их. Математика.
Кто бы мог подумать, что это исследование канадских ученых, сделанное в 2009 году, вдруг станет актуальным за рамками Голливуда.
Давайте выпьем за мудрого профессора с вопросительным знаком в фамилии. «Не теряйте время на выражение обеспокоенности, это самоубийственно!» - говорит нам всем Роберт Смит?, и лучше бы к нему прислушаться.
Налил и немедленно выпил – Леонид Швец
