Контракты.ua

Автор: Римма Филь —  7034  —  14.09.14
Римма Филь: Государство должно протянуть руку помощи переселенцам
Римма Филь: Государство должно протянуть руку помощи переселенцам

Координатор Гуманитарного штаба при Фонде Рината Ахметова Римма Филь в эксклюзивном интервью Контрактам рассказала о гуманитарной катастрофе на Донбассе и о чем должно позаботиться государство до зимы, чтобы вынужденные переселенцы не замерзли на летних базах отдыха

Римма, какую работу сегодня проделывает Гуманитарный штаб Ахметова в вопросе помощи жителям Донбасса?

Римма Филь: Перед Гуманитарным штабом, созданным на базе Фонда Рината Ахметова, сейчас стоят четыре основные задачи. Первая – это эвакуация мирного населения из зоны АТО. С момента начала боевых действий в Донецкой и Луганской областях штабом было эвакуировано более 27 тыс. человек. Всего, мы знаем, по данным ГСЧС, в другие регионы страны переселено 226 432 человек. Сейчас это огромная проблема. Десятки тысяч людей вынуждены покидать родные дома и уезжать. Они считаются вынужденными переселенцами, так как перемещались внутри страны. И законодательно их статус пока не закреплен и не защищен.

Куда Вы эвакуируете этих людей?

Римма Филь: Расселение – это второе направление работы нашего гуманитарного штаба. В основном, мы их расселяем на базах отдыха. В первую очередь, это базы, которые принадлежат предприятиям группы СКМ. Прежде всего, это Азовское побережье. Также Запорожская область и Святогорск под Славянском. Базы Святогорска вообще этим летом стали настоящим форпостом для беженцев. Но не только туда, мы эвакуируем переселенцев и на сторонние базы отдыха, оплачиваем там их проживание и питание. Это Одесская, Днепропетровская, Харьковская, Херсонская области. То есть Фонд взял на себя львиную долю обязанностей и задач государства, оплачивая проживание, грубо говоря, «государевых людей».

Эвакуацию мирного населения Фонд начал еще, когда начались бои в Славянске. Мы стали вывозить детские дома, в том числе семейного типа, а за ними началась эвакуация домов престарелых, больниц и обычных людей. Волонтеры на своих машинах вывозили этих людей под обстрелами. Делают они это и сейчас. Но не всегда это получается. Свежий пример - на днях три автобуса из Енакиево развернули назад на выезде из города. Людей не разрешили вывозить. В некоторые города мы просто не могли получить доступ, потому что шли ожесточенные бои. Например, Ясиноватая, Дебальцево, Горловка. Последняя только сейчас открылась для эвакуации.

А когда люди начинают выезжать?

Римма Филь: Как только приближаются бои к городу, сразу люди хотят выехать.

То есть даже до начала активных боевых действий в черте города?

Римма Филь: Да, как только становятся слышны выстрелы и взрывы. Но когда бой затихает, даже временно, например, если днем тихо, на следующее утро на эвакуацию приходит очень мало людей. Они не хотят уезжать из собственных домов. Для них это огромнейший стресс - уехать из собственного города, бросить все и оказаться неизвестно где.

Тем, кто решился на переселение, наверное, приходится очень тяжело психологически?

Римма Филь: Конечно. Мы им помогаем адаптироваться. Люди приезжают в состоянии огромного стресса. Дети-переселенцы не могут говорить, начинают заикаться. В первые недели после эвакуации появляется масса проблем со здоровьем. С ними работают наши психологи.

А кто заботится о питании людей, которые остаются в зоне боевых действий?

Римма Филь: Мы перечисляем деньги на содержание пунктов, где они находятся, чтобы можно было там накормить этих людей, напоить чаем и прочее. Вообще создать условия, где люди могут переждать бомбежки своего родного города. Приведу пример: когда в Горловке шли ожесточенные бои, местный роддом спустил рожениц и деток в подвал. И работники ГСЧС зафиксировали ужасную ситуацию, когда оттуда выезжали мамочки с новорожденными детьми. Выезжали в лагеря, которые мы оборудовали за пределами территории ведения боев. Но их же нужно подготовить, чтобы там были хотя бы элементарные средства гигиены, чтобы они могли принять таких мамочек с новорожденными детьми.

Какие просьбы о помощи сейчас вам поступают на горячую линию?

Римма Филь: На прошлой неделе мы помогли эвакуировать одну семью, где бабушке было 102 года. Это до чего должны довести людей, чтобы человек в столь солидном возрасте решился уехать из родного дома. Я сама испытала это на себе, когда уговаривала своих родителей эвакуироваться. Когда мне мой отец говорил: «Я в войну родился, в войну и умру, но никуда не уеду». Найти аргументы для стариков очень сложно. А вообще, те истории, которые нам рассказывают люди по горячей линии, просто разрывают сердце. Когда звонят люди с просьбой вывезти семью, где мать инвалид и сын тяжелый инвалид. Нет денег, помогите вывезти. Или когда нужно вывезти только что родившегося ребенка, у которого серьезные проблемы с сердцем, и он сам не дышит. И везти его нужно на реанимобиле, а для этого нужно произвести целые детективные операции.

Вы делаете чудеса?!

Римма Филь: Нет, чудеса мы не делаем. Мы делаем то, что нужно. И встречаем очень большое количество настоящих героев. Волонтеры – герои. Работники ГСЧС – герои. Когда они там тушат пожары без зарплаты, а потом грузят в свои машины, в наши автобусы людей из дома престарелых и помогают их вывозить из-под обстрелов. Например, как из Торезского психоневрологического санатория. Там лежат люди, которые себя не могут обслуживать. Это глубочайшие инвалиды. И страшно то, что когда началось АТО, государство не подумало о тех людях, которые нуждаются в помощи государства. Мы - взрослые и здоровые - еще можем выехать самостоятельно из городов, и то это для нас огромный психологический стресс. А что делать людям, которые находятся на обеспечении государства? Куда деть хоспис, который обстреливается. На днях в поселке Октябрьском в Донецке, рядом с аэропортом, опять было прямое попадание в больницу, где находится хоспис.

Как же их там спасают?

Римма Филь: Спускают в подвалы. Страшно слышать, когда врачи рассказывают, как они подготовились к войне. Я их всех хорошо знаю, часто созваниваемся. Спрашиваю, как дела? А они мне говорят: «Римма, мы подготовились. Закупили в подвалы новые матрасы, воду, операционную развернули». И это говорят главврачи, оперирующие хирурги высочайшего класса.

Вы рассказали о двух направлениях работы вашего гуманитарного штаба. А какие третье и четвертое направления?

Римма Филь: Это гуманитарная и адресная помощи. О гуманитарной помощи мы много говорим, но нужно говорить еще больше. Сейчас на Донбассе настоящая гуманитарная катастрофа. И нужно называть вещи своими именами, не бояться таких страшных слов, потому что это правда. И это касается всего региона, а не только тех городов, где идут бои. Люди сидят без электроэнергии, газа и воды. Единственная водная артерия - Северский Донец - постоянно простреливается и города остаются без воды. Мне знакомые из Донецка рассказывают страшные вещи: «Римма, мы сегодня с сыном ходили к фонтану и набрали там воды, так что вода у нас пока есть». Это гуманитарная катастрофа! Самая настоящая. Мы пытаемся оказать помощь. Почему я говорю «пытаемся»? Потому что тот объем помощи, который сейчас нужен в зоне АТО, – он в десятки раз больше, чем нам удается доставить различными путями. Опять-таки благодаря волонтерам завозить лекарства, и обязательно таким образом, чтобы это не нанесло политический вред тем же детям, врачам.

Это как?

Римма Филь: Ну, там же есть определенное противостояние. Там же не ждут нашей помощи. Это очень тонкие моменты. Почему я против, чтобы приводить какие-то конкретные примеры? Потому что это может создать ненужные проблемы.

То есть вы вынуждены секретно оказывать помощь? Передавать лекарства, продуктовые наборы?

Римма Филь: о гуманитарной помощи мы много говорим, но нужно говорить еще больше

Римма Филь: Да. Главный принцип врача – не навредить. То же самое и в нашем проекте по гуманитарной помощи, главное - не навредить. Чтобы этот продуктовый набор дошел до человека, чтобы лекарства попали в больницы. А на местах ведь все очень сложно. Когда к главному врачу больницы приходят люди с автоматами и начинают диктовать ему определенные условия. И главврачи не уезжают, продолжают работать, делать операции, спасать жизни.

Я привожу в пример Донецкий детский онкогематологический центр, где на сегодняшний момент находятся 40 нетранспортабельных тяжелейших детей. Их нельзя вывезти, потому что они подключены к системам жизнеобеспечения. Эти дети с огромными шансами выжить. На днях мы привезли им жизненно необходимые лекарства. И будем поддерживать дальше и этих детей, и другие детские отделения в городе.

А как же им быть, если в городе выключают электроэнергию? Как поддерживается работа аппаратов?

Римма Филь: Вот именно - как? Это огромные вопросительные знаки. Как выжить в таких условиях? Это я и называю гуманитарной катастрофой. Как выжить без электричества, воды, лекарств? Как не отключить аппарат искусственного дыхания ребенка? Очень много таких вопросительных знаков.

Буквально вчера завезли два генератора в больницы Донецка. Они предназначены как раз для выработки электричества высокой мощности при жестких условиях эксплуатации. Но хочется, чтобы не только нам было не все равно…

Война проявляет людей…

Римма Филь: Война показала, кто есть кто. Спасибо волонтерам и врачам за их работу. Волонтеры развозят людям наши продуктовые наборы. Проведывают стариков, меряют им давление, привозят лекарства. А ведь когда идут боевые действия, скорая помощь не приедет. И пожарная не приедет. Люди спасают друг друга.

А сколько, по вашим подсчетам, сейчас осталось людей, например, в Донецке?

Римма Филь: Лукьянченко (Александр, мэр Донецка — ред.) говорил, что в городе осталось приблизительно 700 тыс. человек. Очень много уже вернулось.

В Донецк?

Римма Филь: В Донецк! Жить негде. Деньги закончились. Зарплат нет. Осень. На Азовском море, где многие спасались, начались бои – там опасно. Люди возвращаются. Возвращаются и по дороге домой погибают.

Часто возвращаются потому, что хотят домой. Это заблуждение, что люди из Донбасса выехали и теперь уже не вернутся. Еще как хотят. В пусть разрушенные, но родные города и стены.

Например, на днях один из старейших детских домов семейного типа, более 25 детей – дети, внуки, называть фамилии не буду в целях безопасности, уже вернулся в Донецк вопреки всем увещеваниям. Люди хотят домой. Никакие аргументы их не убедили остаться.

Какое решение проблемы может быть?

Римма Филь: Сейчас нужен мир. Это в первую очередь. Пусть говорят что угодно, но людей нужно спасать, детей нужно спасать.

Вы много уже раздали гуманитарной помощи?

Римма Филь: Первый эшелон гуманитарного рейса содержал 200 тыс. продовольственных пакетов. В течение сентября отправим еще 350 тыс. наборов с продуктами, детским питанием, средствами гигиены. Для жителей Донецкой и Луганской областей. Первый эшелон помог людям из 45 населенных пунктов. По состоянию на сегодняшний день (12 сентября – прим. авт.) в города Донбасса доставлено 208 тыс. продуктовых наборов, География помощи в сентябре расширится. В сентябре Луганской области помогали наши партнеры, в частности, фонд Вилкула, и мы получили запрос от Попасной и Ровеньков. В сентябре это будут Кировское, Лисичанск, Рубежное, Северодонецк, Краснодон, Белоукраинский, Беловодский, Марковский, Меловский, Новопсковский, Попаснянский, Старобелський и др. районы и города Луганской области. Что касается Донецкой области и города Донецка, то помощь направим в Святогорск, Славянск, Ждановку, Димитров, Дзержинск, Дебальцево, Артемовск, Горловку, Доброполье, Макеевку, Углегорск, Енакиево, Авдеевку, Ясиноватую, Харцызск, Зугрэс, а также в населенные пункты Володарского, Первомайского, Волновахского,Константиновского, Красноармейского, Амвросиевского, Тельмановского, Новоазовского и других районов. В сентября эти и другие населенные пункты получат 3,5 тонны помощи. Всего же Ринат Ахметов поручил Гуманитарному штабу направить на Донбасс не менее 10 тыс. тонн помощи. В основном, это продуктовые наборы.

А что туда входит?

Римма Филь: 10 кг еды. Самой обычной, первой необходимости: растительное масло, крупы, сахар, чай, макароны, рыбные консервы,мука, молоко сгущённое, печенье, свечи, спички. Все это выдается и будет выдаваться людям на руки исключительно бесплатно.

А что собой представляет адресная помощь от Фонда?

Римма Филь: Например, к нам обратилась женщина с онкологией, она переехала из Донецка в Киев, ей нужны были лекарства – мы ей помогли. Оплачиваем операции маленьким деткам, раненым деткам. Для спасения одного малыша и врачи, и волонтеры, и сотрудники Штаба буквально провели спецоперацию. Ребенок родился в Луганске с врожденным пороком сердца, а больница в городе разрушена. Спецтранспортом его довезли до Донецка, где сделали первую операцию, чтобы новорожденный задышал самостоятельно. Затем из Донецка волонтеры и врачи уже на поезде привезли ребенка в Киев, в Центр детской кардиологии и кардиохирургии Ильи Емца, где сделали еще одну операцию.

А каким бюджетом распоряжается Фонд для проведения всей этой работы?

Римма Филь: На сегодня это уже сотни миллионов гривен. Но сколько времени мы еще будем помогать – не известно. И сколько денег будет потрачено – мы тоже не знаем. Философия Рината Ахметова на этот счет абсолютно четкая. Он говорит, давайте помогать людям, а не думать, сколько денег мы на это потратим. Задействованы все предприятия группы СКМ. Абсолютно все. Футболисты помогают раненым детям.

А как они помогают?

Римма Филь: Финансово. Сотрудники наших предприятий занимаются волонтерством. Например, сотрудники Мариупольского металлургического комбината «Азовсталь» фасуют эти продуктовые пакеты. Супермаркеты «Брусничка» во многих городах продолжают работать, а ведь не все поставщики хотят завозить продукты в магазины Донецкой области. Мы это организовываем. И во многих «Брусничках» можно рассчитаться по карточкам, тогда как большинство магазинов начинают требовать у покупателей только наличные. Это тоже большая помощь людям. Другие предприятия группы помогли собрать в школу 3 тыс. детей. Волонтеры ФК «Шахтер» и «Донбасс Арены» сейчас принимают, расфасовывают и развозят помощь в Донецке. Можно говорить, что мы - семья. Горе объединяет.

Что делать, если АТО не закончится до зимы?

Римма Филь: Это огромнейшая проблема. И тут государство мы никак не сможем заменить. 80-90% баз отдыха – летние, там нет отопления, и в них нельзя зимовать. Людям придется искать себе какие-то другие места для проживания. Государство должно о них позаботиться. Должно организовать их расселение на государственном уровне. Может, выделить общежития или выдать какую-то денежную компенсацию на аренду жилья. Но для начала нужно создать специальный Фонд, выделить ему средства. А пока у нас нет такой статьи расходов в госбюджете для переселенцев. И в местных бюджетах на это нет средств.

Фонд помог 6 246 людям с временным размещением в летний период. Нужно сказать, что за июль-август 772 человека вернулись домой. Это, в основном, жители Краматорска и Славянска, которых фонд Рината Ахметова эвакуировал первыми, и теперь они возвращаются в освобожденные города. Если такой возможности нет, ищут другие варианты – находят работу, родственников, друзей. Тех, кого Гуманитарный штаб эвакуировал, и это самые незащищенные категории – многодетные семьи, инвалиды, пожилые, мамы-одиночки с маленькими детьми, приемные семьи, которым некуда вернуться или переехать – штаб берет под свое сопровождение и ответственность. Таких людей около половины - 3000 человек. Еще в августе, понимая, что вопрос не решается глобально, мы начали искать для них места для дальнейшего переселения на осенне-зимний период. Так, уже внесена предоплата за 600 мест в Запорожской области, ведутся переговоры с Харьковской и Киевской областями.

Сейчас часто можно услышать или прочитать высказывания в духе «Не буду помогать беженцам, пусть сами идут и зарабатывают». Как вы к этому относитесь?

Римма Филь: Идеология - очень сильное оружие. Точно так же может искусственно замалчиваться другая сторона вопроса – сколько людей помогают переселенцам? Из всей этой истории можно либо объединить страну, либо разъединить. Ведь можно транслировать в общество, как люди помогают друг другу, сколько вещей приносят, продуктов, лекарств и прочее. Одна из наших сотрудниц, которая выехала из населенного пункта Безымянный, что под Новоазовском, в Славянск, рассказывает, что вещи в школу для ее ребенка собрали славянские дети, которые такие же дети войны, с такой же искореженной психикой. И врачи мне рассказывали, как они спасали украинских военных, перепрятывали их, переодевали в штатское и потихоньку отправляли в украинскую армию. Все зависит от идеологических задач. Конечно, можно рассказать и по-другому, что приехали донецкие, а они сепаратисты.

Мне было очень обидно, что в День независимости никто не сказал: «А давайте почтим минутой молчания тех мирных жителей, которые погибли». Они ведь ни в чем не виноваты. Они не ходили на референдум и не звали на войну. А даже если и запутались в какое-то время, то задача государства протянуть руку помощи и милосердия. Тем более, у нас фокус – дети. А они уж точно ни в чем не виноваты.

Статьи по теме
Дмитрий Наздрин: Tabletki.ua – это айсберг. Мы работаем «под водой», чтобы потребитель получил то, что ему нужно
Дмитрий Наздрин: Tabletki.ua – это айсберг. Мы работаем «под водой», чтобы потребитель получил то, что ему нужно

Маркетплейс Tabletki.ua существует уже 12 лет и является одним из самых посещаемых онлайн-сервисов Украины. О принципах успешности бизнеса, особенностях работы с офлайн и онлайн и влиянии карантина на аптечный рынок Контракти.ua поговорили с Дмитрием Наздриным, операционным директором Tabletki.ua.
29.10.20 — 5538

Юрий Гаткин: Я 25 лет танцую вокруг клиента
Юрий Гаткин: Я 25 лет танцую вокруг клиента

Как переживает карантин самый крупный ритейлер парфюмерии и косметики, почему нельзя верить в грандиозные распродажи в интернете и есть ли смысл покупать ароматы в duty-free, рассказал управляющий бизнесом сети BROCARD Юрий Гаткин.
25.09.20 — 3015

Wanted: Человек способный решить проблему
Wanted: Человек способный решить проблему

Процесс поиска руководителей высшего звена можно сравнить с детективным расследованием и полагаться только на интуицию при принятии решения несколько недальновидно, уверен Виестурс Лиегис, управляющий партнер компании Amrop в Украине. Эксперт рассказал Контрактам.ua, где искать и как выбрать правильного топ-менеджера, способного быть капитаном, а не балластом.
12.03.16 — 16946