Контракти.ua

676  —  09.02.23
Папка в пакете или кто сейчас умирает за Путина
Папка в пакете или кто сейчас умирает за Путина

Игорь Тышкевич: Точных данных о потерях сторон в российско-украинской войне нет. Российская Федерация гордо рапортует об относительно небольшом количестве. В сентябре Шойгу говорил о 5 тысячах с начала «операции». В декабре известия давали «оценку разведчика» – «потери минимальны. При этом потери украинской стороны оценивали в десятки тысяч. Удивительно, учитывая попытки армии РФ наступать, объявленную мобилизацию и, наконец, вербовку заключённых. А так же состояние полей, например, под Бахмутом, которые усеяны трупами.

Украинская сторона так же не даёт количества своих потерь, но ведёт подсчёт российских. Согласно этим данным РФ потеряла убитыми уже более 135 тысяч человек. Это, теоретически объясняет необходимость мобилизации, указы Путина по увеличению численности армии, упомянутых российских «зеков» на фронте.

Точные общие цифры, вероятнее всего, можно будет получить лишь после войны. Но и в этом случае российские и украинские данные, вероятнее всего, будут различаться. По крайней мере, подобная картина наблюдается по результатам большинства войн и региональных конфликтов.

Но есть ещё один аспект, который стоит учитывать – региональный разрез – особенности субъектов Федерации. И, наконец, не только абсолютные цифры потерь по регионам, а их доля (процент) от населения данной территории. Ведь, в условной Москве 100 трупов с фронта не заметят, а в городе с населением 100 тысяч это уже большая цифра.

На этом вновь упираемся в отсутствие цифр. Точнее, их нехватку, поскольку в местной прессе (там где она есть) публикуются некрологи, материалы о погибших. Не о всех, естественно, но даже отслеживание таких сообщений даёт количество, существенно превышающие данные Минобороны России. Причём, в случае мониторинга местной прессы, каждая «единица» имеет имя, фамилию, родственников, историю погребения.

Подобный подсчёт проводят несколько организаций. Свою статистику ежемесячно дают русская служба BBC и Медиазона. Их данными я пользовался в более ранних обзорах. Тогда получалась яркая картина – наиболее массовые (в % от населения) потери были в национальных автономиях и депрессивных регионах с уровнем зарплат существенно ниже среднероссийского уровня. А наименьшая доля потерь – в «богатых» и развитых территориях. Проще говоря, умирать за Путина отправляли тех, кто не имел шансов обеспечить себе достойную жизнь при Путине – в теперешней России. И разница % погибших (от населения) достигала 50-60 раз.

Актуальные ТОП-10 «лидеров» статистики по доле потерь

С сентября 2022 года, когда анализировал региональный разрез, прошло определённое время. Россия успела бежать из Херсонской области и продолжала попытки штурма Бахмута. Были потери (которые лишь росли), прошла мобилизация, изменились ТОП-10 регионов с максимальной и минимальной долей потерь.

Давайте взглянем подробней. В сентябре Шойгу говорил о 5937 погибших. Верификация по местной прессе давала тогда цифру в 6424 уже похороненных. И это те, про кого написали СМИ – ведь далеко не все случаи похорон прибывшего с фронта «чёрного пакета» попадают в медиа. А в части регионов (деревни, посёлки и т. д.) местных СМИ вообще может не быть.

В начале февраля 2023 число подтверждённых похорон в РФ выросло в два раза – до 12 925 случаев. Изменился и ТОП-10 регионов по наибольшему количеству убитых на войне (на 10 000 жителей). Причём прослеживается явная граница между регионами-поставщиками пушечного мяса и всеми остальными. Если в среднем по РФ число похороненных составляет 0,008%, то «лидеры рейтинга» имеют цифры от 0,02% до 0,042%.

Выглядит этот список, включающий в себя 11, а не 10 областей следующим образом

1. Тыва (0,0425% или 4 подтверждённых СМИ похорон на каждые 10 тысяч)

2. Бурятия (0,04%)

3. Ненецкий АО (0,036%)

4. Северная Осетия (0,0277%)

5. Магаданская обл (0,0276%)

6. Забайкальский край (0,0256%)

7. Республика Алтай (0,0244%)

8. Сахалинская область (0,0242%)

9. Чукотский АО (0,024%)

10. Псковская обл (0,022%)

11. Костромская обл (0,0205%)

Далее идёт существенный разрыв. Для понимания масштабов проблем для указанных регионов подчеркну, что средний показатель по РФ – 0,008%)

Но самое интересное в ТОП-10 регионов с наименьшей долей потерь. Список выглядит следующим образом:

1. Москва (0,0006% или 6 случаев похорон на миллион жителей (а не 10 тысяч))

2. Санкт-Петербург (0,0021%)

3. Тюменская область (0,0028%)

4. Московская область (0,0029%)

5. Ханты-мансийскй АО (0,0037%)

6. ЯНАО (0,0047%)

7. Кемеровская обл (0,0048%)

8. Калужская обл. (0,005%)

9. Тульская обл. (0,0059%)

10. Томская обл (0,006%)

Каждая группа имеет свои особенности. Регионы-лидеры по доле признанных потерь, как правило имеют среднюю зарплату, существенно ниже среднероссийского уровня. В отличие от рейтинга сентября, уже не прослеживается «имущественный» разрыв. Причина – попадание в рейтинг сразу пяти регионов с «северными надбавками». Но у всех них есть всё же есть общие черты – суммарно в 10 регионах есть лишь 4 промышленных предприятия входящих в ТОП-250 российской промышленности. На 10 регионов нет НИ ОДНОГО ВУЗа из российского ТОП-50. Проще говоря, это либо депрессивные, либо сырьевые регионы (которые с точки зрения социально-экономического развития тоже можно отнести к депрессивным). И большая часть из них находится на удалении от центра.

Регионы с наименьшей долей потерь имеют больше общего. В каждом из них уровень доходов выше среднероссийского показателя. В этих регионах сосредоточено не менее 30% российского промышленного потенциала (вхождения в ТОП-250). На этих территориях сконцентрированы не менее 30 ВУЗов российского ТОП-50. И, наконец, это либо «столичные» области, либо ключевые сырьевые территории.

При этом разница доли потерь в войне к населению региона по Москве и Тыве отличается в 70 (семьдесят) раз.

Ситуация будет меняться

В то же время стоит отметить некоторое «выравнивание» показателей. Регионы, которые служили пушечным мясом имеют относительно небольшие запасы людских ресурсов. И увеличение доли потерь может вызвать недовольство на местном уровне. Ведь даже 0,042% по Тыве означает, что война напрямую затронула не менее 0,1% жителей (погибший + семьи). И это только подтверждённые через СМИ случаи. Реальная цифра может быть больше.

В силу ограниченного мобилизационного потенциала депрессивных регионов, РФ вынуждена забирать в армию и жителей других субъектов Федерации. Эффект несколько сглаживается вербовкой заключённых. А так же активным использованием мобилизованных из так называемых ЛНР и ДНР. Которых российская статистика не будет учитывать ещё долго. Но и этот ресурс рано или поздно заканчивается. Поэтому была проведена мобилизация, которую Кремль не просто «может повторить», но и будет повторять по мере утилизации «живой силы».

А первые результаты мобилизации уже проявились в статистике за февраль. Так, например, доля подтверждённых смертей по Магаданской области с сентября по конец января выросла в 6,6 раз, по Чукотке в 5 раз, по Свердловской области в 2,4 раза, по ЯНАО в 3 раза.

Таким образом, количество похорон на местах будет расти. Доля погибших от числа жителей тоже. И этот показатель начнёт выравниваться. Исключением, естественно, будут центральные и богатые регионы. Ведь для Кремля нежелательны проблемы в ключевых Субъектах Федерации. Для остальных будет работать пропаганда с картиной «великой войны против Запада» и режим секретности,который рано или поздно в полной мере ощутят на себе и владельцы местной прессы. После чего информация о похоронах «вернувшихся с фронта» станет редким исключением из правил.

На этом фоне задача украинской стороны – продолжать утилизировать оккупантов и, по возможности вести аккуратный подсчёт того, за что обещают «белую ладу» или дают (но потом забирают) шубы.

Автор: Игорь Тышкевич, политолог

Статьи по теме
О наших потерях: цифры опровергают миф о невозможности победить Россию
О наших потерях: цифры опровергают миф о невозможности победить Россию

Алексей Копытько: Президент обнародовал число погибших украинских воинов за два года большой войны – 31 тыс. В сети разверзлось пекло. Нагнетают не только российские боты, но и масса живых украинцев, в т.ч. – патриотических патриотов, с которыми что-то случилось. Оставлю без комментариев. Я не планировал ничего писать на тему наших потерь. Очень сложно. Особенно – когда есть личные истории. И их всё больше. Когда мы считаем уничтоженных россиян – это статистика. Наши – это не статистика. За каждой цифрой представляешь человека. Это раны близких и одна большая общая рана.
26.02 — 512

Після війни: ветерани і суспільство чи суспільство ветеранів
Після війни: ветерани і суспільство чи суспільство ветеранів

Максим Колесников: Трохи антизради, бо вже сил нема бачити це нагнітання та ниття про те, як ми приречені після перемоги стикнутися з повним триндецом. Пройдусь по деяким пунктам, від яких особливо вже тіпає.
11.08.23 — 470

Поссорить Польшу с Германией: путинская Россия наступает на Европу
Поссорить Польшу с Германией: путинская Россия наступает на Европу

Виктор Небоженко: Кремль, на примере «запутанности» европейской истории и границ, пытается «раскачать» одновременно поляков и немцев на взаимный и общеевропейский реваншизм. В России набирает обороты мощная кампания стравливания Германии и Польши.
28.07.23 — 488