Контракты.ua

326  —  12.11.20
Конституционный кризис: «простыми решениями» разрубить этот узел не получится
Конституционный кризис: «простыми решениями» разрубить этот узел не получится

Алексей Билязе, аналитик: Зеленский и его окружение, как это обычно у них и бывает, упорно ищут «простое» решение. О правильности этого решения никто традиционно не задумывается. Однако, для преодоления кризиса в высших эшелонах власти необходимы сложные, но правильные решения.

Под конец 2020 года в Украине стало заметно, что в системе высших органов государственной власти имеется целый ряд конфликтов:

• Президент vs Конституционный Суд

• Верховная Рада vs Конституционный Суд

• Кабмин vs Конституционный Суд

• Президент vs Верховная Рада

Первые три конфликта уже заметны невооруженным взглядом, тогда как противостояние президента и парламента пока не покинуло кулуары. Тем не менее, довольно скоро это противостояние тоже перейдет в публичную плоскость, и тогда всем станет очевидно: президент остался в одиночестве.

Одинокий президент уже был в нашей истории. Виктор Ющенко так и не сумел ни преодолеть поляризацию по линии «Восток-Запад», ни договориться с местными элитами. В результате, после выборов в парламент в 2006 г. основные полномочия оказались в руках премьер-министра.

Зеленский находится в похожей ситуации. Во-первых, его партия так и не сумела победить на местных выборах, и в большинстве населенных пунктов формирование коалиции в местном совете пройдет без ее участия. Во-вторых, представители других ветвей высших органов государственной власти уже поняли, что в случае любого конфликта президенту просто не на кого опереться: по мере того, как рейтинг Зеленского тает, ветви власти все чаще демонстрируют ему свою нелояльность.

Но дело не только в рейтинге и легитимности. Зеленского откровенно подвело плохое понимание того, как устроена наша система сдержек и противовесов.

На данном этапе глава государства в Украине ассоциируется с исполнительной властью, хотя прямым образом в сфере его компетенций находятся только международная политика и безопасность. Все, что связано с социально-экономической политикой – это компетенция премьер-министра, а не президента. Законодательная и судебная власть могут симпатизировать президенту, но находятся полностью вне его компетенции. И даже если политическая сила имени президента победила на выборах в парламент, еще не факт, что что она сохранит ему лояльность в течение всей каденции.

В текущем конфликте против Конституционного суда президент и парламент пока по одну сторону. Но совпадение интересов – это еще не полноценный альянс. Победа в конфликте – хороший источник субъектности и влияния. Так что конфликт с Конституционным судом – отличный момент для того, чтобы перехватить инициативу и начать собственное политическое позиционирование.

Чтобы заработать очки в политической игре, парламент может вполне обойтись и без содействия со стороны президента. Если необходимые для преодоления кризиса законы будут приняты, президент окажется заложником ситуации: ему придется подписать законы без очевидной политической выгоды для себя лично.

Самая слабая позиция сейчас у Конституционного суда. Со стороны может показаться, что именно суд – та самая сторона, которая нарушила статус-кво и породила предмет конфликта. Кроме того, позиция суда ослаблена традиционным для большинства украинцев правовым нигилизмом и нежеланием вникать в тонкости наших общественно-политических процессов.

Население в эпоху постмодерна склонно оценивать работу органов власти по очень простой шкале: «Верю – Не верю». Вот уже несколько лет подряд социологические опросы фиксируют очень низкое доверие к судебной системе. Исходя из этого, любое решение суда, пусть даже и безукоризненное с позиции права и процедуры, при должной медийной окраске населением будет воспринято в штыки.

В результате, в ревизии законодательства, которую затеяли судьи, население увидело самую настоящую попытку реванша со стороны коррупционеров. Которые, как известно, все украли и мешают нам жить хорошо. Пикантности ситуации прибавляет тот факт, приснопамятное обращение в Конституционный суд подали одни из самых одиозных депутатов.

Рожденный низким качеством антикоррупционного законодательства конфликт президента и парламента с Конституционным судом сейчас находится полностью в политической плоскости. Из-за этого решение придется искать тоже в политической плоскости, что уже само по себе не способствует укреплению государственных институтов.

Необходимость изменения антикоррупционного законодательства Конституционный суд обосновал следующим образом:

(1) Национальное Агентство по вопросам Противодействия Коррупции (НАПК) – это орган исполнительной власти, на основании чего он не имеет права проверять судей.

(2) Нормы ст. 366 «Декларування недостовірної інформації» УК Украины были прописаны недостаточно четко и допускали двоякое трактование. Кроме того, статья не позволяла с необходимой точностью определить круг субъектов преступления.

(3) Умышленное непредоставление деклараций или декларирование заведомо недостоверных сведений не причиняет существенного вреда и может быть отнесено к другим видам юридической ответственности – дисциплинарной и/или административной.

Все выявленные Конституционным судом коллизии были заложены еще в момент конструирования нашей системы по борьбе с коррупцией. Проще говоря, в нашем случае крен здания – это ошибка его архитектора. Примечательно и то, что все эти ошибки можно было и не допустить. Например, была возможность изначально поставить НАПК над ветвями власти и уточнить понятие «декларирование недостоверной информации». Несколько сложнее с доказательством злого умысла при декларировании, но и в этой ситуации было возможно просто исключить из текста закона фразу «злоумышленное», и наказывать просто по факту несвоевременного или неполного предоставления декларации. Что правда, в этом случае правонарушение стало бы административным, а не уголовным, но при правильном составлении должностной инструкции и положения о подразделении этого вполне достаточно для увольнения.

Что важно: вынося свое решение, Конституционный суд не ставил под сомнение актуальность борьбы с коррупцией, легитимность НАПК, институт обязательного декларирования, а также возможность декларирования для судей. Кроме того, Конституционный суд признает факт запроса общества на антикоррупционную реформу, но при этом не считает, что общественный запрос – это достаточная причина для того, чтобы нарушить баланс ветвей власти.

Сейчас в моде давать оценку решению суда исходя из морального качества собравшихся там судей. Это допустимо, но не верно. Наши институты – это срез нашего общества, и пока наше общество больно – институты тоже будут больны. Честные профессионалы с кристальной моралью не могут массово появляться в стране, где существенная часть населения живет за чертой бедности, а простейший способ обогащения – это коррупционная рента.

Зеленский и его окружение, как это обычно у них и бывает, упорно ищут «простое» решение. О правильности этого решения никто традиционно не задумывается. Учитывая низкий уровень доверия украинцев к судебной системе вперемешку с маниакальным запросом на показательную порку (вспомните результаты «опроса» о пожизненном заключении для коррупционеров), Зеленский предложил взять и распустить Конституционный суд. Именно такой сценарий предусмотрен президентским законопроектом №4288.

На первый взгляд – инициатива президента простая, эффективная и результативная. Но она прямо противоречит целому ряду статей Конституции (ч.4 ст. 149, ч.2 ст. 149-1, ст. 151-2): нарушается независимость Конституционного суда от других ветвей власти, а кроме того – принцип неоспоримости его решений. Но и это еще не все. Президентский законопроект:

• разрушает систему сдержек и противовесов;

• не решает проблему нарушенного статус-кво;

• никак не улучшает антикоррупционное законодательство;

• не прекращает политический конфликт;

• несет риски ухудшения отношений с ЕС и США.

Таким образом, несмотря на свою показную эффективность и простоту, эта попытка воззвать к духу закона – явно неудачная, а также чревата глубокими негативными политическими последствиями: налицо попытка заменить «плохих» судей на «хороших», и не более.

Судя по всему, Зеленский так и не понял, что Украина – все же не Африка, не Карибы и не Латинская Америка, где харизматичные диктаторы – это повторение хорошо знакомого нам абсолютизма времен Короля-Солнце или восточной деспотии времен Ветхого Завета. В Украине уже есть Конституция, а представители других ветвей власти – не простят попытку причинять им неудобства.

Несмотря на то, что Зеленский подал свой законопроект как «неотложный», прошло две недели как, а слушания в профильном комитете по нему так и не состоялись. Зеленскому пора бы понять, что мало завести в парламент политическую силу своего имени. Человеческая лояльность – очень тонкая материя, и ее, как и любые отношения, нужно поддерживать. Особенно, когда отклонение от основной линии партии сулит неплохие карьерные перспективы в украинской политике.

Что, собственно, и продемонстрировал спикер парламента Дмитрий Разумков, который вместе с большой группой (более 120 человек) соавторов из самых разных политических сил внес альтернативный законопроект №4304. Этот законопроект направлен на директивное восстановление отмененных Конституционных судом норм. Тем не менее, небывалое для украинского политики единение парламентариев – такое же бесплодное, как и инициатива президента.

Как и предыдущий документ, начинание Разумкова тоже исходит из духа закона и противоречит Конституции (ст. 151-2). Его примечательной особенностью является предложение фактически возвратится к предыдущему статус-кво и отвести на поиск решения еще два месяца. При этом, ответственность за этот процесс возлагается на Кабинет Министров, с которым у Верховной Рады тяжелые отношения.

Опять же, начинание Разумкова имеет все те же проблемы, что и президента. Если не брать во внимание личные политические дивиденды спикера, его единственное преимущество – удовлетворение требований иностранных партнеров, прежде всего – ЕС и США. Кроме того, эта мера не нарушает систему сдержек и противовесов.

Как можно заметить, ни инициатива Зеленского, ни инициатива Разумкова не решают конституционный кризис как таковой, а лишь предлагают полумеры, направленные на частичную разрядку. В это время профессиональные антикоррупционеры уже попробовали прорваться домой к судьям Конституционного суда, а в центре столицы – установили виселицу. Правительство пока на прямые угрозы жизни и здоровью судей так и не отреагировало.

Тем не менее, в плоскости сложных, но правильных решений выход все же имеется. Раз наша ситуация возникла благодаря огромным возможностям Конституционного Суда менять правовое поле – для ее урегулирования потребуется некоторого ограничения его возможностей.

Важный элемент решения возникшей проблемы – это создание нового статус-кво, а именно – внесения изменений в Конституцию. Это следует понимать, как новую договоренность и перераспределение влияния между основными игроками на политическом поле Украины.

Прежде всего, речь идет об изменении Раздела ХІІ. Например, ст. 151-2 все же должен предусматривать отмену решения Конституционного суда. К слову, до 2003 г. в Румынии была предусмотрена такая возможность – пересмотреть решение Конституционного Суда посредством 2/3 голосов в каждой палате парламента. Но подобная практика уникальна.

Также возможен вариант превращения Регламента Конституционного суда в закон. Это позволит Верховной Раде получить контроль над смысловым наполнением процедур КСУ, а также возможность «регулировать» его работу. Правда, подобная практика – не совсем демократичная.

Последний путь – это добавление антикоррупционных органов в Конституцию, лучше всего – путем создания отдельного раздела. Во-первых, это снимет дискуссии вокруг их статуса. Во-вторых, удовлетворит президента. В-третьих, создаст поле для маневров практически всем основным игрокам политического поля – имеется в виду ситуация win-win. Подобное решение точно устроит и ЕС, и США, для которых буква закона – не пустой звук.

Но для этого потребуется более трех сотен голосов. Непростое испытание нашего парламента на единство. Кроме того, политическая сила, которая инициирует и успешно доведет до завершения этот процесс на какое-то время сильно вырастет в глазах тех граждан, которые сохраняют уважение к нашей государственности и нашим институтам.

Сейчас инициатива у Разумкова. Посмотрим, сможет ли он найти нужные голоса. И если сможет – уместно говорить о появлении на нашем политическом Олимпе нового полубога.

Автор: Алексей Билязе

Статьи по теме
Выборы в США – это куда больше про Украину, чем мы привыкли думать
Выборы в США – это куда больше про Украину, чем мы привыкли думать

Павел Казарин: По большому счету, эта кампания должна были дать ответ на вопрос «чем был Дональд Трамп». Случайностью или новой нормой. Его убедительный проигрыш должен был положить гири на первую чашу весов. Его убедительная победа – на вторую. Но, в результате, не случилось ни того, ни другого.
18.11.20 — 533

«Доступное авто»: прекрасная иллюстрация того, куда движется наша страна
«Доступное авто»: прекрасная иллюстрация того, куда движется наша страна

Рауль Чилачава: Будучи наймитом автомобильных импортеров и дистрибьюторов не смог пройти мимо поста будущего/прошлого мера Киева – Ирины Верещук. В нем Ирина утверждает, что 82 процента украинцев выступает за доступные авто и призывает Минфин: «знизити акцизи на вживані недорогі авто, а компенсувати це за рахунок нових та дорогих авто. Це зробить авто більш доступним середньому українському домогосподарству. Це може бути одним з кроків підтримки нашого середнього класу під час коронакризи з боку Президента».
17.11.20 — 731

Уряд як організоване злочинне угрупування.  І сидіти мають конкретні люди
Уряд як організоване злочинне угрупування. І сидіти мають конкретні люди

Геннадій Друзенко, юрист: Останнім часом Інтернетом активно ширяться чутки, що Степанов "всьо". І на лікарняний він втік аби відстрочити звільнення з посади, а не через позитивний тест на COVID. Насправді, звільнення Міністра охорони здоров'я з посади навряд чи щось кардинально змінить у злочинній бездіяльності уряду щодо протидії епідемії коронавірусу. Яка щодня додає приблизно 10% до середньодобової смертності в Україні за останні роки.
17.11.20 — 556