Контракты.ua

1296  —  19.02
Позывной «Мартин Брест»: ветеран АТО в патрульной полиции
Позывной «Мартин Брест»: ветеран АТО в патрульной полиции

- Мусор, с#ка… Я прохожу... нет, я проталкиваюсь через жиденькую толпу перед ВР. Пытаюсь не отстать от идущего впереди Юры и не слушать того, что говорят вслед.


Почему в этих долбанных трекинговых суперботинках тепло, только когда идешь? Только постоишь пять минут - кажется, что в одних носках на лед стал, стылый мокрый холод пробирается, кажется, внутрь костей. Долбанная электронная сигарета опять села. Нормальных долбанных сигарет нет - Макс не курит, у Вадима тоже iqos, а Юра стреляет у всех окружающих. Где-то на самом дне шевелится мысль, что и под ВР мы пробираемся, чтобы он стрельнул пару сигарет у нацгвардейцев. Они, кажись, все повально курят винстон.
- Мусор, пи#ор…
Я больше привык, знаешь, как бы лавировать в толпе, как в метро, например, но здесь люди не расступаются, чтобы пропустить, здесь, бормоча "дозвольте пройти" - мне ничего не добиться. Я просто обхожу их, хотя толпа невелика. Маленькая и пышущая осязаемой ненавистью. Не блеклая, нет - люди смотрят на тебя, некоторые норовят толкнуть или специально заступить путь.
Я так и не могу ни ненавидеть их, ни даже снисходительно относиться. Мы здесь для того, чтобы соблюдался закон, а право на собрания и митинги этим самым законом гарантировано. Я до сих пор не понимаю, зачем нас столько нагнали под эту раду, почему мы должны тремя линиями выстраиваться здесь, возле одного единственного здания, в котором и так нет людей.
- Мусорила…
Я оглядываюсь. Ему лет сорок, он… он честный. В смысле - он честно ненавидит, он ударит, если что, не в спину, а в лицо. Я бы мог сказать, что он "бухой, грязный и стоит здесь за двести гривен", но нет. Ему - сорокет, он в ношенном чистом "укромультикаме" без медалей (а это уже редкость, сегодня я насмотрелся на "полных кавалеров всех наград мира"). В желтых пальцах - выкуренная почти под фильтр сигарета. Он побрит, он выше меня ростом, сутулый, и он смотрит… как прицеливается. Я думаю - он воевал, я не хочу выделываться, типа "я воевавшего могу определить всегда по глазам", просто - мне кажется, что он воевал. А ему кажется, что он до сих пор на войне, и что перед ним - сепар. Только не в горке и папахе, а в черной куртке и флисовой шапке. И этот сепар - я.
Я ничерта не объясню ему. Даже если попытаюсь. Он сам сделал свой выбор, а я - свой. Мы оба знаем, там, в глубине, что нас нарочно сталкивают, натравливают друг на друга. Что этот пасмурный день все равно закончится тем, что Коханивский покидает камнями в какой-нибудь офис. Он об этом еще с утра говорил, он уже который год именно так видит вшанування пам'яті Героїв.
Одного из тех, кто разводит нас по разные стороны, я увижу вблизи через десять минут. Он будет лучиться презрением.
А пока… пока - мы расходимся. Мы не так давно стояли на одной стороне, приезжали на одинаковых волонтерских корчах в одни и те же магазины, жрали одну и ту же шаурму и смотрели в один и тот же тепляк. А теперь он глядит на меня, сжимая в пальцах потухший окурок, а я прохожу за ограду, туда, где стоят нацгвардейцы и полицейские - слишком много, як на мене, для одного здания, в котором и так нет людей…
Автор: Мартин Брест, патрульный, боец 72-й ОМБр, блогер, уроженец Горловки

 

Статьи по теме
«Умели же раньше строить»: каким образом на самом деле дошли до нас архитектурные шедевры прошлого
«Умели же раньше строить»: каким образом на самом деле дошли до нас архитектурные шедевры прошлого

Антон Швец, блогер: А вот еще каких персонажей люблю. Персонаж "вот умели же раньше". Особенно люблю "вот умели же раньше строить". Смотри, говорит, триста лет здание стоит, вот умели же раньше строить. Вокруг здания квартал сплошной застройки еще стоял раньше на пятьсот метров вокруг, но ни одного здания из тех уже нет. Одно из ста осталось, один процент, но этого "вот умели же раньше" не вспоминает.
20.07 — 935

Лето на пороховой бочке: война с большой буквы «В»
Лето на пороховой бочке: война с большой буквы «В»

Мы проводим лето, привычно устроившись на пороховой бочке. Она большая, уютная, и греет спину не хуже песчаного пляжа. Даже война отступает дальше от всех, кто не включён в её процесс непосредственно. Летний патриотизм лениво перетекает из ручейков междоусобных войн за нимбы "святых борцов" в мутную речку приближающихся выборов. На берегах её можно неторопливо перетряхивать грязное бельё друг-друга и ждать проплывающих трупов множащихся врагов. А можно закинуть удочку и "втыкать" в поплавок, надеясь что-то вытащить из потока.
11.06 — 1102

Зачем нужна военная подготовка? Лучше быть готовым к худшему, нежели быть сожранным этим самым худшим
Зачем нужна военная подготовка? Лучше быть готовым к худшему, нежели быть сожранным этим самым худшим

Игаль Левин, бывший офицер ЦАХАЛа, военный инструктор, анархист: Если вы живете в мирной и тихой стране, то, скорее всего, она вам не нужна, - точнее, она вам точно не нужна. Война - это самое страшное, что знает людской род, а военное ремесло - это чистой воды проклятие. Но если вы живете в неспокойном регионе нашей планеты, то знакомство с военным ремеслом - это часть вашего выживания.
18.01 — 882


Copyright © 2009-2013.
ООО «Газета «Галицкие контракты»